Общество и профсоюзы

Что генетики ищут в консервах и зачем криминалистам изучать ДНК кошек

Скоро у белорусских браконьеров будет еще меньше шансов скрыть свои преступления – в научно-практическом центре Госкомитета судебных экспертиз закончили разрабатывать методику исследования образцов животных. Значит, в ближайшем будущем экспертизы по установлению генотипа останков зверей станут проводить в Беларуси повсеместно.

Домашняя свинка или дикий кабан?

Пока подобные исследования массово проводятся только на базе научно-практического центра – в 2016 году специалисты сделали больше 100 подобных экспертиз.

«Такие исследования очень востребованы в практике правоохранительных органов. Они позволяют не только обнаружить факты браконьерства, но и доказать воровство домашней и фермерской живности. До 2014 года останки и следы животных предоставлялись на экспертизу только в единичных случаях. После того как научно-практический центр по результатам собственных научных разработок представил экспертные методики для анализа ДНК животных, по вопросам о происхождении следов животных к специалистам стали обращаться чаще», – говорит заместитель начальника отдела генетических экспертиз центрального аппарата Государственного комитета судебных экспертиз Николай Кузуб.

Сегодня эксперты обладают гораздо большими возможностями для подробной генетической идентификации, чем еще несколько лет назад. Нередки случаи, когда Следственный комитет или органы по охране окружающей среды находят в машине охотника пятна крови, а он уверяет, что перевозил домашнюю свинью. И кто, кроме экспертов-генетиков, сможет доказать, что этот человек – браконьер и отстрелил дикого кабана незаконно?

«Если раньше по найденной тушке, шкуре и другим останкам было довольно сложно доказать виновность браконьера, то теперь технологии позволяют с одного охотничьего ножа выделить генотипы нескольких убитых животных. Достаточно часто бывает, что сначала назначают экспертизу по факту добычи одного животного, а в итоге находят следы ДНК других особей», – говорит Николай Кузуб.

Был случай, когда эксперты получили останки туши медведя, а после исследования оказалось, что клок шерсти под когтями – собачий. Позже следователи выяснили, что браконьер взял на охоту лайку и во время травли медведь успел цапнуть пса. Найденную ДНК сравнили с образцами собаки подозреваемого, в результате чего удалось привлечь браконьера к ответственности.

Колбаса за 3 тысячи долларов

За охоту без лицензии и разрешения, в запрещенных местах, запрещенными орудиями или способом, а также незаконное перемещение диких животных, нарушение правил безопасности охоты нарушителя привлекают к административной ответственности. Помимо штрафа за правонарушение (от 1300 до 3200 рублей), браконьеру  придется возместить ущерб, причиненный окружающей среде. Если за незаконный отстрел вальдшнепа или зайца потребуют от 6,5 тыс. до 13 тыс. рублей, то за убийство одной особи лося, благородного оленя, рыси или барсука нужно заплатить около 194 тыс. рублей (более 3,3 тыс. долларов США).

Незаконный отстрел охраняемых видов животных в Беларуси – серьезное преступление. И если генетики найдут в составе домашней колбасы или консервов мясо дикого лося, ущерб с виновных взыщут в полном размере.

«Экспертиза образцов животного отличается от генетического исследования человека только реагентами. Принципы одинаковые: достаточно одной капли крови, чтобы провести анализ нужных участков молекулы ДНК. Так, анализируя отдельные гены, которые отвечают за окраску шерсти животного, и другие особенности, можно определить, какие перед тобой образцы: домашнего, дикого животного или же гибрида», – объясняет Николай Кузуб.

Был случай, когда человек украл кабанчика и завел его в свое стойло. К тому моменту, когда прибыли правоохранительные органы, от животного в буквальном смысле остались рожки да ножки. По останкам экспертам удалось выяснить, что убитая особь – краденая. «Речь идет об экспертизе по выявлению родства. У животных, как и у человека, есть индивидуальные отличия и особенности размножения. В одном выводке может быть большое количество схожих по генотипу кабанчиков», – говорит специалист.

Следствие ведут… коты

По словам Николая Кузуба, в экспертных учреждениях нашей страны первые ДНК-анализы животных стали проводить в середине 2000-х. До недавних пор образцы зверей изучали только в рамках научных исследований либо в ходе расследования конкретных уголовных дел, как в случае с нашумевшим убийством зубров в Хойникском и Воложинском районах в начале 2012-го или громком процессе о браконьерах-чиновниках, которые орудовали в Ветковском районе в 2014 году.

«При расследовании краж иногда исследуют образцы домашних животных. Если у вас дома есть кот, вероятно, что на многих ваших вещах останутся его следы. Это дает возможность с помощью ДНК-анализа шерстинок с украденных вещей выйти на определенную кошку и доказать, что предметы принадлежат именно ее хозяину. В Беларуси впервые такая экспертиза была проведена еще в 2007 году», – рассказывает Николай Кузуб.

К слову, в США существует первая в мире развернутая кошачья ДНК-база. Около 10 лет назад в Национальном институте стандартов и технологии разработали тест для быстрой проверки генетического паспорта домашних питомцев «Мяу-плекс», который действует до сих пор.

В Беларуси генотипы собак и кошек пока не систематизируют. Однако в научно-практическом центре Государственного комитета судебных экспертиз с недавних пор существует база данных ДНК разных видов животных, которая на сегодняшний день насчитывает более 10 тыс. образцов.

Диана ФИЛИМОНОВА