Общество и профсоюзы

Девочки все еще хотят быть принцессами. IT-принцессами

Ее ученицам от 7 до 15 лет. Они легко и доступно могут объяснить, что такое «диджитал», «фреймворки» и «SMM», и не боятся конкурировать с парнями на «их территории». Они точно знают: сегодня быть просто «хорошей девочкой» недостаточно – чтобы оставаться успешной на рынке труда надо владеть современными компетенциями и навыками, многие из которых нельзя получить в обычной школе.

Гуманитарий или технарь?

Идея IT-школы для девочек не нова. Еще в 2015 году появилось несколько подобных инициатив, которые в Штатах и Европе реализовали крупные компании – Intel, Microsoft, Google. На территории СНГ подобных проектов не было, и до сих пор школа, о которой идет речь, остается единственной в своем роде.

– Мы опираемся на самое сильное, что есть у девочек, – креативность, – рассказывает Валентина. – Они фантазерки. И родители часто нацеливают их на занятия творчеством: записывают в музыкальную школу, водят на танцы и рисование. Это хорошо, но чаще всего бесполезно для выбора будущей работы. Интересное наблюдение: у старшеклассницы могут быть высокие оценки по всем дисциплинам, однако она под давлением стереотипов родителей или учителей, вероятнее, выберет гуманитарный вуз. Но сегодня все профессии технологичны. Судите сами. Тот, что делал лазерную коррекцию зрения, знает, что врач даже не прикасается к пациенту, а лишь программирует движение лазера. Кто он – хирург или инженер? Или другой пример: в Австралии живет врач, который спасает пингвинов, повредивших конечности. На специальном 3D-принтере он печатает им новые ласты. Он кто – инженер или ветеринар? Речь о том, что все профессии становятся диджитальными, а значит, требуют знаний и навыков в технологической и информационной среде.

В школу девочек чаще всего записывают родители, которые понимают: мир изменился. Валентина отмечает, что нередко мама или папа, пожав плечами, говорят: «Я в этом ничего не понимаю, но мне кажется, что это важно и это сделает ее жизнь лучше».

Почему без мальчиков?

Среди преподавателей школы есть немало мужчин, а вот среди учеников – только девочки. И этому у Валентины Чекан есть объяснение.

– Во все времена существовали отдельные школы, и сегодня есть примеры учебных заведений, где парни и девушки получают образование раздельно, например, Жодинская женская гимназия, – говорит она. – Исследования показывают, что подростки легче и лучше учатся в такой среде. Дело в том, что учебные задачи идут вразрез с физиологическим развитием. Девочкам в присутствии противоположного пола бывает тяжелее сосредоточиться, сконцентрироваться на задании. Скорее она думает о том, как выглядит в этот момент. И это не столько про внешность, сколько про общую самооценку. Она боится лишний раз высказать неверное суждение или спросить. Ситуацию усугубляет то, что мы говорим об отрасли, где девочки традиционно «проседают»: мальчики с детства возятся с конструкторами и машинками, к 10 годам у них собирается неплохой понятийный словарь. И как вы думаете, если мы посадим в одну группу такого мальчика и девочку и начнем рассказывать об «айти», кто будет себя увереннее чувствовать? Такое положение вещей может ударить по самооценке ученицы, которая всего через месяц решит, что это точно не ее, и уйдет.

А что работодатели?

Валентина уверяет: на дополнительных занятиях девочки могут получить все необходимые для хорошей работы навыки. Но гарантировать, что работодатель оценит их по достоинству, она не может.

– И это беда для нашей страны, – говорит она. – У будущего руководителя всегда есть маневр, который позволит ему отказать в приеме на работу. Было бы значительно проще, если бы окончательное решение принималось исключительно по результатам тестирования, но пока это не так. Вместе с тем сегодня все больше работодателей целенаправленно отдают предпочтение девушкам, потому что они более усердные, усидчивые и ответственные. Идеальные сотрудники.

Правда, зарплата у таких «пчелок» на порядок ниже, чем у противоположного пола, выполняющего ту же работу.

– Так называемый зарплатный гэп, по официальной статистике в IT-сфере, составляет порядка 20% на одинаковых позициях, – приводит цифры Валентина. – Это много и это не честно. По разным причинам. Например, на 1000 браков в нашей стране приходится около 600 разводов. Детей оставляют чаще всего у мамы. Это значит, что расходы на ребенка по большей части ложатся на нее. Кроме того, зачастую девушки в IT приходят не сразу, а уже окончив другой вуз и где-то поработав. Ей приходится переучиваться, она тратит много времени и рискует карьерой. Чтобы помочь таким девушкам найти себя, мы запустили некоммерческий проект, в рамках которого предоставляем им на два месяца опытных менторов-женщин, занимающих топовые позиции в крупных компаниях. На начальном этапе это большая поддержка и возможность быстрее освоиться в новой сфере.

Сегодня IT-школа работает только в Минске, однако на занятия сюда приезжают из всех регионов страны. Открыть еще одно учреждение дополнительного образования пока нет возможности, однако поддержать инициативу на местах и обсуждать сотрудничество команда IT-школы для девочек готова.

Юлия КУЛИК