Общество и профсоюзы

Имя, которым гордимся: белорусский профессор Иерофей Костенич спас зрение Менделееву

Знаменитый профессор родом из небольшой деревеньки, что располагалась когда-то на территории современного Хотимского района, сумел прославить свой край, оставить след в истории отечественной медицины.

Долгое время имя Иерофея Костенича не упоминалось. Большими усилиями ученого-офтальмолога Тамары Крючок оно стало известно широкой публике. Тамара Ивановна поддерживала связь с земляками Костенича, хлопотала об увековечении его памяти, включении имени в «Беларускую Энцыклапедыю».

Иерофей Костенич родился 4 октября 1854 года в деревне Мужичок Климовского повета Могилевской губернии (теперь улица Озерная д. Тростино Хотимского района). Отец его, Василий Костенич, служил поваром у местного священника Жуковского. Получив от Жуковского землю в 48 десятин, построил дом, заложил сад. Но в этой усадьбе прожил мало – вскорости умер.

Иерофей уехал учиться. В 1876 году окончил Могилевскую классическую гимназию, где изучал немецкий, латышский и греческий языки, и поступил на естественно-историческое отделение Петербургского физико-математического факультета. Далее – учеба в Петербургской военной академии, стажировка за границей, и в 1900 году он уже – профессор Петербургского Николаевского военного госпиталя и одновременно заведующий клиникой в институте великой княгини Елены Павловны. С сохранением этих двух должностей, с 1903 года профессор-офтальмолог Костенич назначен на должность директора Санкт-Петербургской глазной лечебницы ведомства императрицы Марии.

Единственный сохранившийся фотоснимок Иерофея КОСТЕНИЧА. 

Не забывал Иерофей Васильевич и о родине. С 1884-го по 1890-й ежегодно в течение трех месяцев лечил больных глазами в амбулаторном покое, устроенном графиней Толстой в деревне Рыжковка Быховского уезда, а также у себя на дому в Церковном Осовце.

Без преувеличения можно сказать, что не было уголка в Быховском, Чаусском уездах и части Могилевского, откуда не приходили бы страдающие от глазных хворей за помощью в Рыжковский приемный покой. Приезжали крестьяне из других уездов губернии за 70–120 верст, а некоторые даже из Минской и Смоленской губерний.

Случались и чудеса врачевания. Сохранилось письмо штабс-капитана 65-го пехотного полка Михаила Виноградова, датированное 1896 годом: «28 апреля текущего года, в 8 часов вечера один мальчик на расстоянии четырех шагов стрельнул в глаз моего сына Павла из лука стрелой с наконечником от пули. Сразу же была оказана медицинская помощь: врачи сказали, что глаз разорван пополам. По совету доктора жена с сыном должны были сейчас же ехать в Варшаву.

По приезде в Варшаву, на второй день жена пошла к известному окулисту, профессору Цепперу, который после медицинского осмотра посоветовал сразу же удалить вытекающий глаз, чтобы дать возможность спасти здоровый, так как уже начиналось его воспаление. Сын в это время лежал на руках фельдшера без сознания с посиневшим лицом.

Но жена отказалась от такой страшной операции и повезла ребенка в госпиталь, где и началось лечение окулистом – профессором Костеничем, благодаря опыту и труду которого глаз остался, хотя кроме тусклого света ничего не видел. Но постепенно сын стал с каждым днем все лучше видеть и даже на большом расстоянии различать небольшие предметы: перо, спичку, карандаш…»

Особенную известность Костеничу принесла операция, сделанная ученому-химику Дмитрию Менделееву зимой 1903 года. Известные иностранные врачи, к которым обращался Менделеев, не смогли вылечить его. Оперировать русского ученого взялся наш земляк.

Вот как описывала эти события в своих воспоминаниях жена Менделеева: «Дмитрий Иванович работал – горел все по-прежнему, но зрение стало ему изменять. При чтении стал прибегать к большой лупе. Левый глаз Дмитрия Ивановича был поражен, как сказал доктор Костенич, катарактой. Он должен был всегда иметь очки: для работы за столом – одни, для смотрения вдаль – другие. А чтобы достать какую-нибудь книгу с нижней полки, надевал маленькие очки.

Перед операцией мы мучительно тревожились. При исключительной нервности Дмитрия Ивановича можно было ожидать и неудачи. Условия для операции были немыслимо тяжелые. Дмитрий Иванович не хотел ложиться в больницу. Приспособить обыкновенную квартиру и обстановку для операции было, конечно, трудно. К великому счастью все обошлось благополучно. Операция была сделана блестяще.

…Лежать Дмитрий Иванович не хотел. Повязка надоедала ему, но удалось все-таки выдержать ее сколько следует. В день снятия волновались все, а сам Костенич больше всех. Доктор поставил меня перед Дмитрием Ивановичем, снял повязку с глаз – и тот увидел! Потом подходили дети. Отказываюсь описать эту минуту…»

Умер Иерофей Костенич от рака мозговой оболочки на 51-м году жизни. Похоронен в деревне Церковный Осовец Быховского района на кладбище около церкви – недалеко от усадьбы своей жены Марии Владимировны. 9 мая 1964 года на могиле Иерофея Васильевича благодарные земляки установили памятник, а в Быхове его именем названа улица.

Виктория БОНДАРЧИК

Фото на превью носит иллюстративный характер