Бортпроводник Юлия Литецкая – о выборе профессии, рабочих буднях, внештатных ситуациях и поисковых экспедициях

Как школьное домашнее задание решило всё

У минчанки Юлии Литецкой никто из знакомых в авиации не служил, на самолетах не летал, небом не грезил. Но девочка была всерьез увлечена Великой Отечественной войной: зачитывалась книжками, проникалась подвигами. Особенно впечатляла военная авиация: рассказы о «ночных ведьмах», о героях «Нормандии-Неман». Об одном из них – французском летчике Жане Гастоне – она даже готовила реферат.

Школа закончилась, Юля собрала документы и отправилась в Белорусскую госакадемию авиации. Мечтала стать военной летчицей, но в тот год девушек не набирали, и она поступила на инженера-механика. В потоке на ее курсе было 59 парней и она – единственная представительница прекрасного пола.

– Я сразу сама выбрала соседа по парте. У него все всегда было – ручки, карандаши, линейки, и я подумала: «С ним буду сидеть. Он будет защищать». Мы дружим до сих пор, – делится собеседница.

Остановите самолет, я сойду

Строгая форма, пилотка, каблуки и крестик на шее.

– Когда училась, считалось, что нельзя фотографироваться перед вылетом, но я в это не верю. И ни в какие другие приметы тоже. И талисманов с собой не беру. Я просто люблю летать. И работу свою очень люблю, – Юля одаривает лучезарной улыбкой, и ты понимаешь, что такая улыбка, как тест на профпригодность, – при панике в воздухе успокаивает.

По окончании учебы девушка проработала два года инженером-механиком, но страсть к полетам взяла свое. Она прошла обучение и стала бортпроводником (да, именно такой термин используется во всех официальных документах). Все бортпроводники обязательно обучаются медподготовке, каждый из них способен привести пассажира в чувство при потере сознания, приступе эпилепсии, других проблемах со здоровьем. Юлии однажды пришлось спасать мужчину от удушья: тот подавился конфетой. Она применила прием Геймлиха: ставишь ладони под ребра и выталкиваешь. Героиня вспоминает, как потом руки тряслись от напряжения. Это было в самом начале карьеры, она – маленькая и хрупкая, мужчина – большой и грузный.

– Тогда на адреналине все получилось. Сейчас за 6 лет полетов в голове четкий и быстрый алгоритм: что, как и когда делать, – говорит стюардесса.

Очень часто приходится оказывать психологическую помощь. Один раз сидела с девушкой рядом полтора часа: та боялась высоты и в какой-то момент стала просить в воздухе остановить самолет, чтобы она «сошла и никуда больше не летела». Юля говорила с ней на отвлеченные темы, успокаивала.

Свой номер и кодовое слово

Профессия стюардессы очень много в чем романтизирована. Тот, кто в теме, говорит о ней как об очень тяжелой: ранние подъемы, поздние смены, разница часовых поясов, вылеты несколько раз в неделю (80 часов в месяц), шум, давление, и, как следствие, болезни.

– Что касается здоровья, бортпроводники в зоне риска по варикозу, потому что подолгу стоим, под давлением, и всегда на каблуках. Многие носят компрессионные чулки. Еще из профзаболеваний – ухо, горло, нос: из-за шума возле самолета, из-за того, что закладывает уши в полете. Раз в два года мы проходим очень серьезную медкомиссию. Перед каждым рейсом – всегда медобследование. Накануне полета – четкий инструктаж, – делится собеседница.

Каждый бортпроводник (а их в рейсе, в зависимости от самолета, может быть от 2 до 10) имеет свой номер и согласно ему – свою задачу.

– Если бортпроводник летит под номером 1, значит, помимо прочего, он держит связь с командиром экипажа. Только он и командир экипажа знают кодовое слово, которое понадобится при внештатной ситуации, – рассказывает Юлия. – Как правило, последний номер отвечает за коммерческую загрузку: почту и специальные грузы.

Бортпроводник все должен правильно расположить в багажном отсеке, надежно закрепить, оформить документы.

– Он отвечает за то, чтобы все выгрузить в транзитном аэропорту и не привезти обратно, иначе это будет считаться контрабандой, – поясняет Юлия.

Верное решение на нестандартный запрос

Я спрашиваю, трудно ли попасть в бортпроводники, собеседница уверяет: главное – желание.

– Нужно высшее образование, соответствие определенным параметрам по фигуре и росту: не очень высокий и не низкий, знание как минимум английского, дополнительные языки приветствуются, – рассказывает Юлия.

Сейчас, когда «Белавиа» открыла новые направления, многие бортпроводники стали учить китайский. Но главное – умение найти выход из нестандартной ситуации.

Собеседница рассказывает, что их постоянно чему-то учат:

– Весь этот год – учеба, учеба и учеба. Сейчас вернулась с курсов английского языка, перед этим была «Авиационная безопасность», в следующем месяце – «Человеческий фактор».

Над землей и под землей

У бортпроводников довольно большой отпуск – порядка 50 дней. Юлия Литецкая его проводит нестандартно: отправляется в поисковые экспедиции. Вместе с другими ищет тех, кто погиб в годы Великой Отечественной войны и до сих пор числится без вести пропавшим:

– Сейчас каждый год несколько тысяч документов, среди которых есть карты, оцифровываются и выкладываются в интернет. Мы получаем новые сведения и отрабатываем разные участки местности. Часто к нам за помощью обращаются родственники погибших.

Благодаря поисковой деятельности Юлия нашла родного брата своего дедушки, о котором долгие годы не было ничего известно.

Еще девушка ходит в горы, занимается в тренажерном зале, слушает музыку от Вертинского до популярных поп-групп, читает Диккенса и Эдгара По, а потом снова летит в рейсы. В Турцию, Индию, Египет.

На мой вопрос, где ей понравилось больше всего, Юлия, не задумываясь, отвечает:

– В Беларуси. Лучше дома ничего нет.

Светлана БАРТОШЕВИЧ

Фото Валерия КАРТУЛЯ