В стране

Генпрокуратура: за 10 лет число фактов коррупции в стране уменьшилось более чем наполовину

Накануне профессионального праздника портал 1prof.by пообщался с начальником управления по борьбе с коррупцией и организованной преступностью Генеральной прокуратуры Республики Беларусь Игорем Грейбо. Ведь именно на это ведомство Президентом возложены задачи по координации борьбы с преступностью и коррупцией в стране.

– Игорь Светозарович, борьбой с коррупцией в нашей стране занимается ряд органов, в том числе прокуратура, МВД, Комитет госбезопасности, Департамент финансовых расследований. Какие функции при этом возложены на Генеральную прокуратуру?

– Хотелось бы начать с того, что управление по борьбе с коррупцией и организованной преступностью было создано в Генеральной прокуратуре относительно недавно – в ноябре 1997 года. Тогда же в областных прокуратурах появились соответствующие отделы на правах специальных подразделений.

Наша главная задача – обеспечивать реализацию антикоррупционной деятельности органов прокуратуры, а также скоординировать работу органов, осуществляющих борьбу с коррупцией. В том числе мы проводим в госорганах и иных организациях проверки соблюдения антикоррупционного законодательства, осуществляем надзор за исполнением законодательства при оперативно-розыскных мероприятиях и дознании специализированными подразделениями органов внутренних дел. К примеру, прокурор проводит заседания координационного совещания, дает письменные указания по вопросам организации борьбы с преступностью и коррупцией, заслушивает отчеты и истребует статистические и другие необходимые сведения.

– В последнее время информация о задержании должностных лиц разного уровня за взятки или превышение служебных полномочий появляется в СМИ довольно часто. Стоит ли говорить о росте числа таких преступлений?

– Я бы скорее связывал это с эффективной деятельностью правоохранительных органов. С другой стороны, в обратной ситуации нельзя говорить, что правоохранители работают хуже. Здесь в большей степени действует профилактическая составляющая. И нормативные акты, принятые в нашей стране и касающиеся борьбы с коррупцией, направлены на это. Так что хочется верить: люди всерьез задумываются, прежде чем нарушить закон. Вместе с тем коррупция – высоколатентный вид преступлений. И много фактов может оставаться вне нашего поля зрения.

– А что говорит статистика?

– Коррупционная преступность из года в год у нас составляет 1,5–2% от общего количества преступлений. В 2016 году было учтено 1 593 таких факта. Но если посмотреть данные за 5 лет, то их число уменьшилось на 44%, за 10 лет – больше чем наполовину. Тенденция прослеживается положительная. Однако однозначно могу сказать, что свести показатель коррупции к нулю нельзя.

– Основной нормативный акт – Закон «О борьбе с коррупцией» вступил в силу в январе 2016 года. Предыдущая редакция его была в 2006 году. Какие изменения появились в новом документе?

– В целом содержание закона осталось прежним. Здесь имеются определения понятия «коррупция», предусмотрен перечень правонарушений, создающих условия для нее; указаны лица, которых могут привлечь к ответственности. В документе также закреплены основные принципы и система мер по противодействию коррупции.

Однако появились в законе и новеллы, призванные минимизировать вероятность совершения коррупционного деяния и исключить предпосылки для такого рода поведения. В частности, работник, который совершил тяжкое или особо тяжкое преступление против интересов службы или с использованием своих служебных полномочий, не может трудоустраиваться в качестве государственного служащего. Причем эта мера носит бессрочный характер. За такие же деяния человек лишается пенсии за выслугу лет и получает только пенсию по возрасту. Безусловно, размеры этих выплат значительно отличаются.

Впервые в национальном законодательстве прописан гражданско-правовой механизм изъятия по решению суда имущества, если нет доказательств, что оно приобреталось на законные средства. То есть расходы должны превышать официальные доходы не менее чем на 25%. К слову, чтобы усилить контроль над расходами высокопоставленных должностных лиц, в новом законе расширен перечень сведений о доходах и имуществе, которые подлежат декларированию.

– И какую в целом можно дать оценку действующему законодательству?

– В качестве примера приведу результаты исследования некоммерческой деловой ассоциации TRACE International. По мнению экспертов, антикоррупционное законодательство Беларуси – одно из самых хорошо разработанных в мире. Поэтому в 2016 году, когда закон вступил в силу, наша республика в рейтинге Transparency International поднялась на 28 пунктов и занимает теперь 79-е место вместе с Китаем, Индией и Бразилией.

В подготовке этого документа мы изучали опыт других стран – на постсоветском пространстве, в Европе. Конечно, полностью перенять те меры, которые эффективны там, нельзя. Все же менталитет у наших людей отличается. Но то, что нам подходит, мы используем.

Не только взятки

– Нередко коррупция ассоциируется с получением или дачей взятки. Но ведь на самом деле перечень правонарушений шире?

– У нас определено 10 составов коррупционных преступлений. Это и взяточничество, и хищение путем злоупотребления служебными полномочиями, злоупотребление и превышение власти, незаконное участие в предпринимательской деятельности и т.д. За такого рода преступления в стране предусмотрена уголовная ответственность с наказанием в виде лишения свободы. Причем сроки немалые: бывает, суд приговаривает виновных к 10–12 годам и выше. Но есть деяния, которые не относятся к преступлениям. И ответственность за них наступает дисциплинарная, материальная или административная. Скажем, мелкое хищение, когда сумма не превышает 10 базовых величин, получение незаконных подарков.

– В каких отраслях экономики совершается больше всего таких преступлений?

– Скажем так, коррупция распространена практически во всех основных видах экономической деятельности. По данным прошлого года, наибольшее количество преступлений выявлено в сферах госуправления, здравоохранения, сельского хозяйства, промышленности, торговли, строительства. То есть там, где задействовано много трудовых ресурсов и финансов. «Антилидеры» в этом плане – сферы страхования, туризма, развлечений и отдыха и т.д.

– Как поступают сигналы о фактах коррупции? Вмешиваются небезразличные граждане?

– Действительно, заявления граждан являются основанием для проведения проверки. Помимо этого, учитываются сообщения должностных лиц госорганов и других организаций, информация в СМИ. Либо мы непосредственно выходим на проверки и обнаруживаем сведения, указывающие о преступлении.

Люди обращаются в правоохранительные органы достаточно активно. Они могут сделать это как открыто, так и анонимно. Безымянные обращения тоже рассматриваем, если в них речь идет о совершении преступления. Часть сигналов, безусловно, подтверждается. Хотя есть обращения, которые никак не связаны с действительностью. Поэтому предупреждаем всех, что за заведомо ложный донос предусмотрена уголовная ответственность.

– Знаю, что сегодня в Беларуси за информацию о факте коррупции человеку положено денежное вознаграждение…

– В 2016 году вышло соответствующее постановление Совмина. Согласно документу размер выплаты – до 50 базовых величин. Но замечу, что пока таких фактов в нашей практике не было. Люди иногда думают: раз обратились, то сразу получат деньги. Однако процедура на самом деле длительная. После сообщения о коррупционном преступлении начинается его проверка. Если человек способствует ходу этой работы, активно принимает меры по изобличению преступления, то по окончании проверки Следственный комитет или милиция обращаются в прокуратуру и ходатайствуют о выплате вознаграждения. Мы все тщательно изучаем, и только тогда принимается окончательное решение.

Ирина ЯНУШКЕВИЧ