Общество и профсоюзы

Рак щитовидной железы: почему Чернобыль вызвал рост заболеваемости, а Фукусима – нет

Чернобыль: пик выявляемости рака – 2000–2005 годы

После аварии на Чернобыльской АЭС большая часть территории Беларуси оказалась загрязненной радиоактивным йодом (йод-131), который спровоцировал значительный рост патологий щитовидной железы, в том числе рака. Так, если в 1987 году было зафиксировано 109 случаев заболевания, в 1991-м – 392, то в 2001-м – уже 1026.

Медики заметили, что до аварии раком щитовидной железы болели в основном люди в возрасте 65–69 лет, с 1995 по 1999 годы – дети 10–14 лет, а в последнее десятилетие пик заболеваемости снова сместился в старшую возрастную группу.

Как отметил во время Международной научной конференции по раку щитовидной железы в Национальной академии наук заведующий лабораторией эпидемиологии Республиканского научно-практического центра радиационной медицины и экологии человека Илья Веялкин, в первые годы после аварии самая высокая заболеваемость наблюдалась в Гомельской, Могилевской и Брестской областях. Сегодня лидером этого печального рейтинга является Брестчина.

Причем больше всех от последствий чернобыльской трагедии пострадали даже не ликвидаторы, а эвакуированные местные жители. Высокий уровень их заболеваемости отмечался уже в первые годы после аварии.

По словам заведующего кафедрой онкологии БГУ, доктора медицинских наук Александра Прохорова, самая высокая выявляемость рака щитовидной железы наблюдалась в 2000–2005 годах. «В это время был разработан конкретный алгоритм диагностики: пациентам выполнялось УЗИ, а затем пункция обнаруженных узлов, которая подтверждала либо исключала диагноз «рак». К тому же врачи стали по-другому смотреть на доброкачественные опухоли, в частности аденомы. Если раньше они являлись показанием к лечению, то сегодня достаточно просто находиться под наблюдением врача», – пояснил Александр Прохоров.

Не терять бдительности

С 2005 года в Беларуси отмечается рост числа заболевших с третьей и четвертой стадиями рака щитовидной железы.

 «Кажущееся снижение остроты проблемы привело к тому, что в стране снова фиксируется достаточно высокий процент запущенных случаев. На мой взгляд, мы должны вернуться к эффективной, отработанной в предыдущие годы системе по ранней диагностике», – подчеркнул заведующий кафедрой онкологии.

В основной группе риска находятся люди, рожденные после аварии на ЧАЭС. По словам Александра Прохорова, они в первую очередь подлежат скринингу и ранней диагностике.

Сегодня медики опираются на опыт, наработанный за 30 лет с момента аварии на ЧАЭС. Как отметил заведующий кафедрой онкологии, наиболее эффективным методом лечения метастаз рака щитовидной железы в настоящее время является радиойодтерапия. Однако, к сожалению, далеко не все морфологические формы заболевания поддаются такому лечению.

Как профессор из Германии спасал белорусских детей

Западные ученые утверждали, что рак щитовидной железы никак не связан с последствиями аварии на ЧАЭС. Однако руководитель клиники ядерной медицины Вюрцбурга (Германия), профессор Кристоф Райнерс доказал обратное и в начале 1990-х приехал в Беларусь, чтобы помочь людям, столкнувшимся с этим заболеванием.

«До аварии на Чернобыльской АЭС реальный опыт в лечении рака щитовидной железы у детей в Беларуси практически отсутствовал. Изучением проблемы и ее хирургическим лечением в то время занимался академик Национальной академии наук Евгений Демидчик. По инициативе Евгения Павловича в 1990 году был создан Республиканский научно-практический центр опухолей щитовидной железы. Мы работали в тандеме: хирургическое лечение выполнялось в Беларуси, а следующий этап – радиойодтерапия – проводился в Германии», – рассказал Кристоф Райнерс.

По словам профессора, комбинированное лечение позволило снизить смертность от рака щитовидной железы до 1–2%. Остальных ребят со страшным диагнозом удалось полностью излечить.

В 2000 году «за активную благотворительную деятельность, заслуги в лечении граждан Беларуси, потерпевших от аварии на Чернобыльской АЭС» профессор Райнерс был награжден орденом Франциска Скорины.

Фукусима: новых случаев заболевания после аварии не выявлено

В 2011 году с похожей трагедией столкнулась японская Фукусима. 11 марта у восточного побережья страны произошло мощное землетрясение, спровоцировавшее цунами. На расположенной вдоль береговой линии атомной электростанции «Фукусима-1» вышли из строя основные системы охлаждения, что привело к серьезным повреждениям активной зоны реактора и спровоцировало ядерную аварию. В окружающую среду попали значительные объемы радионуклидов.

«Ядерная авария на атомной станции «Фукусима-1» стала беспрецедентной по своему масштабу и природе, – рассказывает заведующий департамента тиреоидологии и эндокринологии медицинского университета Фукусимы, профессор Синъити Судзуки. – Из загрязненных районов были эвакуированы местные жители, которые сразу же получили временное жилье. Особое внимание власти уделили работникам АЭС и ликвидаторам аварии. Не менее важно было не допустить поступления на рынок продуктов питания с загрязненных территорий».

Зная, что после аварии на Чернобыльской АЭС в Беларуси и Украине наблюдался рост заболеваемости раком щитовидной железы у детей, японские медики беспокоились, что ситуация повторится. Дети и подростки из загрязненных районов прошли обследование. У большинства ребят врачи диагностировали расстройства сна, депрессии, страх перед будущим, беспокойство, повышенную раздражительность и тревожность.

По словам Синъити Судзуки, случаев развития рака щитовидной железы, вызванного аварией на атомной станции «Фукусима-1», медики не выявили. Возможно, причина в том, что до аварии подобные обследования среди местных жителей не проводились. Сейчас УЗИ щитовидной железы выполняется всем несовершеннолетним детям, жившим в Фукусиме во время катастрофы.

«Мы надеемся избежать роста заболеваемости раком щитовидной железы, который наблюдался в вашей стране после аварии на ЧАЭС, поскольку предполагаемая доза облучения в результате аварии на атомной станции «Фукусима-1» была существенно ниже, чем в Чернобыле, – отметил Синъити Судзуки. – Тем не менее мы готовы к тому, что высокочувствительный скрининг пострадавших, которым на момент аварии не было 18 лет, обнаружит некоторые патологии».

Вместе с тем, чтобы досконально изучить связь радиации и рака щитовидной железы, потребуется дальнейший анализ эпидемиологических данных, которым в настоящее время и занимаются японские медики. «Полученными знаниями и опытом мы готовы поделиться с коллегами из Беларуси», – добавил профессор Судзуки.

Анастасия ШИРАЛИЕВА